Друга Овечкина уличили в допинге на Олимпиаде, но медаль осталась при нем
Олимпийский хоккейный турнир в Сочи-2014 запомнился не только провалом российской сборной, но и громким допинговым скандалом. Всего за пару часов до финала стало известно, что один из ведущих игроков шведской команды провалил допинг-тест. Речь шла не о рядовом хоккеисте, а о близком партнере и друге Александра Овечкина по «Вашингтон Кэпиталз» – Никласе Бэкстрёме.
История приобрела особый резонанс из-за того, что на кону стояли не просто участие в решающем матче и шанс на золото, но и сама олимпийская медаль. Нарушение антидопинговых правил в большинстве случаев автоматически влечет за собой аннулирование результата. Но этот случай закончился неожиданно мягко – серебро у шведа так и не забрали.
Провал России и путь Швеции к финалу
Результаты хозяев Игр в хоккее сильно контрастировали с общим выступлением российской команды на Олимпиаде. Россия собрала мощный состав: в обороте и атаке блистали Сергей Бобровский, Александр Овечкин, Евгений Малкин, Павел Дацюк, Александр Радулов, Илья Ковальчук и другие звезды. Тем болезненнее оказался вылет уже в четвертьфинале от Финляндии и итоговое пятое место.
Финны в итоге дошли до бронзы, а в решающем матче за золото сошлись Канада и Швеция. Именно там и разгорелся скандал, который затмил для шведов подготовку к главной игре турнира.
Удар по Швеции перед финалом
Накануне финала тренерский штаб шведов спокойно готовился к встрече с канадцами, когда за два часа до начала матча пришла новость, которая перевернула всё. В допинг-пробе Никласа Бэкстрёма обнаружили запрещенное вещество – псевдоэфедрин.
Сборной Швеции это не грозило снятием с турнира: командный результат не отменялся. Однако лично Бэкстрёму светили самые серьезные последствия – от отстранения от участия в финале до лишения возможной медали независимо от исхода игры.
Игрока буквально выдернули с предматчевой раскатки. До него было сложно дозвониться, и генеральному менеджеру сборной Швеции Томми Бустеду пришлось срочно добираться до арены на велосипеде, чтобы лично забрать форварда на заседание комиссии. Для тренеров и партнеров все произошло настолько стремительно, что они сначала просто не поняли, почему перед важнейшим матчем команда лишается одного из ключевых игроков.
Без Бэкстрёма, одного из главных центров команды, атакующий потенциал шведов сильно ослаб. В финале они так и не смогли вскрыть оборону Канады и уступили со счетом 0:3, фактически не имея шансов переломить ход матча.
Версия игрока: «Это всего лишь лекарство от аллергии»
Сам Никлас Бэкстрём сразу после инцидента настаивал на том, что никогда сознательно не применял допинг. По его словам, он использовал привычное лекарство от аллергии, которым пользовался много лет.
Он пояснял, что принимал его и на других крупных турнирах – в том числе на Олимпиаде в Ванкувере-2010 и на чемпионатах мира – и никогда не сталкивался с претензиями со стороны антидопинговых служб. Поэтому для него самого известие о положительной пробе в Сочи стало шоком.
Однако далеко не все эксперты были готовы безоговорочно принять его объяснение. Руководитель антидопингового агентства Финляндии, комментируя ситуацию, обратил внимание на уровень псевдоэфедрина в пробе – 190 мг. По его мнению, такая концентрация больше похожа на прием вещества в «чистом виде», чем на побочный эффект обычного лекарства от аллергии.
Псевдоэфедрин: где проходит грань между лекарством и допингом
Псевдоэфедрин сам по себе широко используется в медицине: он входит в состав многих противопростудных и антиаллергических препаратов. Но в спорте все сложнее.
Этот компонент считается стимулирующим средством, способным повышать выносливость и работоспособность. Поэтому антидопинговые правила допускают его наличие в организме только в строго ограниченной концентрации. Если порог превышен, это уже трактуется как использование допинга, даже если спортсмен утверждает, что принял всего лишь стандартную дозу лекарства.
Такие случаи регулярно вызывают споры: где заканчивается честное лечение и начинается нарушение правил? Спортсмены обязаны тщательно согласовывать любой препарат с врачами и проверять его состав, но практика показывает, что именно «бытовые» лекарства чаще всего приводят к громким скандалам.
Поддержка из раздевалки и от врачей
Несмотря на сомнения отдельных специалистов, большинство людей в хоккейном мире встали на сторону Бэкстрёма. Партнеры по сборной Швеции публично его поддерживали, настаивая, что Никлас никогда не был замечен в желании получить нечестное преимущество.
Главный врач Международной федерации хоккея также склонялся к версии о невольном нарушении. В НХЛ заявили еще до окончательного решения по делу, что никаких санкций к шведскому форварду применять не собираются, поскольку вещество, найденное в его пробе, в североамериканской лиге не входит в список запрещенных.
Тем не менее вопрос о его олимпийской медали какое-то время оставался открытым. Формально у комиссии были все основания пойти по жесткому сценарию – признать нарушение допинг-правил и лишить игрока награды.
Решение МОК: без финала, но с медалью
Разбирательство затянулось на несколько недель. Рассматривались показания самого игрока, данные врачей, история применения лекарства, его декларирование, а также сотрудничество Бэкстрёма со следствием.
В итоге было принято компромиссное, по сути, политическое решение. Игрок уже понес спортивное наказание – не сыграл в финале, лишился шанса побороться за золото и оказал косвенное влияние на итоговый результат своей команды. Но медаль за занятое Швецией второе место у него решили не забирать.
МОК отметил, что хоккеист не скрывал факт приема препарата, назвал его конкретное торговое название и действовал по рекомендации врача. Это трактовали как отсутствие намерения получить преимущество и как смягчающее обстоятельство. Серебро Сочи-2014 осталось на груди Бэкстрёма.
Двойные стандарты? Вопрос, который до сих пор не закрыт
На фоне этого решения закономерно возникло обсуждение: одинаково ли подчас трактуются подобные случаи для спортсменов из разных стран? Многие до сих пор задаются вопросом: получил ли бы такой же «кредит доверия» участник Олимпиады, если бы он представлял, к примеру, Россию?
История последних лет показывает, что отношение к допинговым эпизодам часто окрашено политикой, репутацией федерации и даже имиджем конкретного вида спорта. В одних ситуациях спортсменов лишают медалей за куда менее очевидные нарушения, в других – находят основания для послаблений и компромиссов.
Случай Бэкстрёма характерен тем, что комиссия фактически признала наличие запрещенного вещества, но при этом приняла максимально мягкое решение. Это подогревает дискуссии о том, насколько объективно работает антидопинговая система и где заканчивается право на защиту спортсмена и начинается избирательный подход.
Удар по команде и психологический фактор
Для самой сборной Швеции история с Бэкстрёмом стала серьезным психологическим ударом. Потерять ключевого центрфорварда за пару часов до финала – это не только потеря игрока, но и ломка всех заранее подготовленных комбинаций, спецбригад большинства и тактических схем.
Тренерскому штабу пришлось в экстренном порядке перекраивать звенья, перераспределять роли и нагрузку. Игроки, узнав истинную причину отсутствия партнера, испытали шок и разочарование. В таких условиях выйти на лед и с хладнокровием противостоять мощной канадской сборной крайне сложно.
Возможно, даже при наличии Бэкстрёма шведам было бы трудно обыграть Канаду образца 2014 года. Но сам факт того, что команда потеряла одного из лидеров не из-за травмы, а из-за допингового дела, добавил ощущения несправедливости и незавершенности.
Чем закончилась история для карьеры Бэкстрёма
С точки зрения карьеры в НХЛ этот эпизод не стал для Никласа Бэкстрёма переломным. Лига изначально заявила, что не рассматривает найденное вещество как основание для дисквалификации, и швед спокойно продолжил выступать за «Вашингтон».
Однако осадок остался. На несколько лет его имя устойчиво ассоциировалось с Олимпиадой в Сочи не столько в спортивном, сколько в допинговом контексте. Для спортсмена такого уровня это репутационный ущерб, который не всегда измеряется сроками дисквалификаций.
Уроки для спортсменов и врачей
Случай друга Овечкина стал важным напоминанием для всего профессионального спорта: даже «безобидная» таблетка от аллергии может стоить участия в финале Олимпиады.
Для врачей сборных и клубов это сигнал к максимальной осторожности. Любой препарат, особенно перед крупными турнирами, должен быть не только одобрен врачом, но и сверен с актуальными списками запрещенных веществ, проверен по дозировке и возможным накопительным эффектам.
Для самих спортсменов главная рекомендация очевидна: нельзя слепо доверять формулировке «обычное лекарство». Ответственность в глазах антидопинговых структур несет в первую очередь тот, кто выходит на лед или беговую дорожку, а не врач, менеджер или фармацевт.
Вывод: мягкость или великодушие?
Историю Никласа Бэкстрёма можно рассматривать по-разному. С одной стороны, он лишился возможности сыграть в главном матче четырехлетия и, возможно, бороться за золото Олимпиады. С другой – сохранил медаль, избежал жестких санкций и не был клеймен как сознательный нарушитель.
Решение МОК в этом эпизоде многие назвали великодушным. Однако оно же поднимает неудобные вопросы о единообразии подходов к допинговым делам и о том, все ли спортсмены могут рассчитывать на такую же степень понимания и снисхождения.
Так или иначе, скандал с участием друга Овечкина стал одной из самых обсуждаемых историй хоккейного турнира Сочи-2014. И до сих пор служит наглядным примером того, насколько тонка грань между лечением и нарушением правил, и как одно неверное решение с таблеткой может перечеркнуть мечту об олимпийском золоте.